Обнуление

Мы давно отказались от идеи прогресса, как вечного движения вперед, вечного перехода от хорошего к лучшему. Прогресс это усложнение. Сначала помогающее нам жить, но потом все более и более усложняющее вплоть до полной дисфункции. Потому такому процессу время от времени просто необходимо положить предел. По словам Беньямина, революция — стоп-кран истории. От себя добавлю, что революция — обнуление истории. Мы сами даем себе шанс очистить доску, превратить на мгновение наш мир в tabula rasa. Конечно, это иллюзия. Все что было осталось в наших мыслях, наших привычках, наших чувствах. Прошлое нельзя взять и стереть. А вот его атрибуты, которые сковывают нас подобно одежде, из которой мы давно выросли, запросто. Это не просто можно сделать, это необходимо.

Настоящий прогресс как раз и состоит в том, чтобы уметь вовремя скинуть все, что над нами довлеет, то что усложняет нашу жизнь. То, что делает нас рабами места и времени. Ермак в свое время утонул, потому, что переплывая реку, не стал бросать подаренной царем кольчуги. Часто нам не хватает умения покинуть рушащийся дом, в страхе потерять все что мы успели нажить. Наши достижения становятся нами самими. Гибнут они, гибнем и мы. Но всякая смерть противоречит прогрессу. Прогресс состоит в том, чтобы выжить, ведь без этого нет никакого движения, ни вперед, ни назад. Прогресс в модерновую эпоху прекрасная замена идее бессмертия. Особенно выпукло это видно у Фёдорова: согласно его идеям, нас всех оживят наши потомки, которые дойдут в своем прогрессе до определенной точки.

Но к чему это я? К тому, что иногда нам необходимо обнуление. Необходимо избавление от мертвого груза прошлого. Кем мы были раньше? Не важно. Важно, кто мы есть. Мы — странники. У нас нет дома. Нет имущества сверх того, что пригодится в пути. Так жили люди в золотой век первобытности. Это самое естественное, что может быть. Потому давайте сожжем в очищаем пламени потлача все что мы написали ранее. Оно исчезло вместе с теми временами, с теми кем мы были тогда. Конечно, иногда забавно посмотреть на наши следы, но у нас нет на то времени. Пусть этим займутся те, кто идет позади.

Прошлое обрушилось, словно старый обветшавший мост. Впереди долина, полная белым молочным туманом. Видите силуэты, легкие тени? Это мы.

 

Кирилл Кладенец
Кирилл Кладенец
Раздели боль:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.