Язык ветвей

С точки зрения каббалы, все тексты Пелевина написаны ни о чем. Более того, с точки зрения каббалы, весь постмодернизм является пустышкой. Язык ветвей очень прост и опирается на самые базовые понятия, они же самые фундаментальные. В то время как тексты Пелевина в отрыве от эпохи, от гаджетов и виртуальности теряют не только смысл, но и семантическое ядро.
Скажем, в языке ветвей есть слова «камень», «стол», «дом», «соитие». Но там нет обозначения для автомобилей и айфонов. Потому что вся эта техника (то, что Николай Федоров называл «игрушками») является извращением замысла творца. Считается, что язык ветвей — это попытка вернуться к тем славным временам, когда племя людское еще не было рассеяно и разделено по разным языкам и культурам.
Наша культура, наш язык, не говоря уже о нашем обиходе, показались бы грамотному халдейскому книжнику торжеством эгоизма и извращением божественного замысла. В каббале очень много нюансов, касающихся природы вещей и явлений. Все, что изначально создано творцом, может использоваться в языке ветвей, поскольку эти термины будут понятны всем людям, независимо от их уровня развития, ангелам, демонам и самому Элоиму. Это естественный язык. Но за долгие века люди наработали очень много искусственных и порченых предметов, созданных сверх необходимости. Очевидно, что чем дальше предмет отстоит от своего архетипа, тем он порочнее. Там найдется слово для камня, лежащего на обочине, но нет слова для камня, которым Каин пришибил Авеля.
Я люблю синтетическую жизнь, однако нахожу позицию каббалистов очень грамотной, когда дело касается искусства и творчества. Литература сама по себе является виртуальностью, поэтому не нужно прикручивать дополнительные уровни пустоты. Пелевинские тексты где-нибудь да соскочат в буддистскую иллюзорность. Только раньше он использовал погружение в религиозные мистерии, а теперь склонен тонуть в матрице.
По той же причине я негативно восприняла последние сезоны «Симпсонов» (эдак с 17-18 сезона). Ранние сезоны можно пересматривать хоть сейчас: они не теряют актуальности, поскольку упор сделан на взаимоотношениях, а также на архитепичных проблемах. Теперь же юмор в большей степени ситуативен и пародиен, что резко дало по качеству. И на фоне вечно втыкающих в смартфоны Барта с Лизой я чуть ли не аплодировала восьмому сезону «Бивиса и Батхеда» от Майка Джаджа. Его персонажи по-прежнему живут в халупе с дешевым телеком, смотрят то же MTV (разве что передачи стали дебильнее) и так же бесполезно убивают время. В мире, вооруженном мобильными телефонами и Интернетом, Бивис и Батхед выглядят не то что олдфагами, а эффективными контркультурными партизанами.
Я призываю вернуться к подлинным понятиям, откатить назад. Искусство зашло слишком далеко и зациклилось на самом себе. Еще пятьдесят лет назад Сартр и Маркес прекрасно открывали новые грани человеческого бытия. Экзистенциалистам удалось в одиночку откопать и реанимировать абсурд. Неужели мы открыли хотя бы десятую часть того, что следовало открыть?
Это напомнило мне об одной вещи. Знаете, что на Эвересте некоторые трупы не убирают, и они служат ориентиром для других альпинистов? Это как отметки определенной высоты. Они замерзают, консервируются и прекрасно сохраняются для будущих поколений.
Так вот, пусть труп Пелевина послужит такой же вехой и для нас. Он нырял в виртуальность настолько глубоко, насколько вообще дано человеку. Но там пустота. Бесперспективняк. Не надо туда лезть.
Простегивайте веревку в карабин — я знаю, как нам вернуться домой.

Риалина
Риалина Магратова
Раздели боль:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.