Пофигизм разжигает

Пока вы тут в ванночке с кафелем, в поселке Чемодановка, что под Пензой, происходит нечто необычайно интересное. Там назревает межэтнический конфликт между цыганами и местными жителями. Власти, как обычно, ничего не предпринимают, чем серьезно усугубляют обстановку.

Для начала немного фактуры. Столкновение произошло вчера вечером. Характерно, что инфоповод до сих пор не подняло ни одно федеральное СМИ, включая оппозиционные. Но ведь у нас глаза повсюду, да?

Вот, что можно почерпнуть из локальных пабликов и со страниц местных жителей. Завязка конфликта: 

Первые призывы что-то делать и как-то организоваться в ответ:

Еще одна реакция местных жителей.

Сход жителей Чемодановки уже назначен на 18-00 возле здания ДК. Как вы понимаете, конфликт там может как затихнуть, вернуться в тлеющую фазу, так и разгореться с новой силой. Все зависит от того, что произойдет на этом стихийном митинге.

И если такие посты гуляют по Вконтакту, то можете представить, какая паника творится в мессенджерах. В общем, пока выглядит так, словно обе стороны, видя наплевательство властей, готовятся к сегодняшнему вечеру-ночи, натачивая шампуры.

А вот подборка новостей от официального СМИ. К чести «ПензыСМИ» и «Пензы-Взгляд» пока это единственные ресурсы, которые взялись давать хоть какую-то инфу о происходящем. Пока журналисты черпают информацию из тех же соцсетей, что и мы, поскольку представители администрации и силовики, кто бы мог подумать, отказались давать комментарии или бормочут что-то невнятное. Можете пройтись по заголовкам:

Приехал ОМОН. В Чемодановке Пензенской области произошел конфликт русских с цыганами
«Дрались 150 человек». Конфликт с цыганами в Чемодановке обрастает новыми слухами
В сельсовете Чемодановки отказываются комментировать столкновение с цыганами

Что полезного сделала администрация на данный момент? Ну, сегодня они уже вывесили «на сайте администрации Чемодановского сельсовета информацию о недопустимости вражды и ненависти, унижения достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии»

А глава сельсовета Чемодановки, оказывается, еще вчера подал в отставку. У него определенно есть задатки медиума.

Самый ржач в том, что к пензенскому губернатору приходится пробиваться через его Инстаграммчик. Прочувствуйте обратную связь:

«Накануне в официальном профиле Ивана Белозерцева в Instagram появился пост по поводу того, что губернатор приобрел два билета на благотворительный спектакль «Фанфан-тюльпан», показ которого намечен на 16 июня. Как это часто бывает, в комментариях подписчики затронули множество других тем, не имеющих отношения к названной теме.

Так, 14 июня появилась следующая запись: «Здравствуйте! Как власть нас защитит от цыганского беспредела в Чемодановке?». За ней была размещена и следующая, от другого пользователя: «В Чемодановке цыгане устроили поножовщину. Полиция бездействует. Примите меры»».

Кстати, пока я писала статью, одно федеральное ИА все же отписалось. Вроде постепенно начинают подтягиваться другие сонные журы, вот реакция «Росбалта», тоже весьма умеренная. Но оцените, блядь, что пишет ТАСС:

«ПЕНЗА, 14 июня. /ТАСС/. Пять человек пострадали в результате массовой драки в селе Чемодановка в Пензенской области. По факту произошедшего возбуждены уголовные дела по статьям УК РФ о хулиганстве и умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, говорится в сообщении, распространенном в пятницу пресс-службой УМВД России по Пензенской области.

«В результате конфликта телесные повреждения получили пять человек, двое из которых госпитализированы в медицинское учреждение. По данному факту возбуждены уголовные дела по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия») и ст. 213 УК РФ («Хулиганство»)», — говорится в сообщении.

В пресс-службе ведомства сообщили ТАСС, что сейчас устанавливается число участников драки. По предварительным данным, конфликт произошел на бытовой почве».

Короче, что у нас получается? Менты приехали только на пятнадцатый вызов и то непонятно зачем. Постояли в сторонке, покурили с омоновцами. Местные власти самоустранились. А когда государство отказывается выступать арбитром в таком споре, то все решается на народных сходах, вроде того, что назначен на вечер.

Можно было, конечно, опиздюлить всех дубинами, но есть пара сложностей. Во-первых, мы не можем отсюда судить о раскладе сил в драке и взрывоопасности ситуации в целом. Во-вторых, примени силу, и мы получим новый скандал гораздо круче голуновского. Только если тогда Путину обосрали выступление на ПМЭФ, то сейчас это наложится на сеанс прямой линии с вождем, которая состоится через неделю. Открытый и громкий межнациональный конфликт — последнее, что нужно властям в информационном пространстве.

Если что, это будет не первый этнический конфликт, дошедший до точки кипения, из-за попустительства властей. Происходящее до боли напоминает Кондопогу. Как и сейчас, следователи окрестили случившееся «бытовой дракой»:

«1 сентября прошли похороны двоих убитых (электромонтёра Григория Слезова и охранника Сергея Усина). По местному телевидению был показан сюжет, в котором всё произошедшее было названо «бытовой дракой». Это и всколыхнуло местное население. Произошло несколько столкновений, в результате которых пострадало 8 человек…
…На 2 сентября на 12:00 был назначен народный сход жителей Кондопоги. На главной площади города прошёл массовый митинг, участники которого потребовали от властей выселить в течение суток всех нелегальных мигрантов. Митингующих было около 2 тыс. человек. Резолюция митинга потребовала создания так называемых «народных дружин для контроля правопорядка в городе, так как милиция не справляется самостоятельно», изгнания из города мигрантов с Кавказа и из Средней Азии. Выдвигались призывы к участию «представителей народа» в пересмотре регистрации приезжих в Кондопогу. Часть митингующих — несколько сот человек — отправилась к ресторану «Чайка». Демонстранты сначала забросали заведение камнями, а затем, ворвавшись внутрь, подожгли подсобное помещение. После того, как сотрудники милиции оттеснили людей, а пожарные потушили огонь, люди начали громить коммерческие палатки. В 18 часов министром внутренних дел Карелии был введён в действие оперативный план «Вулкан-1», в г. Кондопоге развёрнут оперативный штаб МВД. В город прибыли премьер-министр Республики Карелия, министр внутренних дел Карелии, заместитель начальника УФСБ республики. Ближе к 22:00 по московскому времени, как сообщает «Интерфакс», протестующие вновь собрались у ресторана и подожгли его. Представители МВД утверждают, что среди нападавших преобладала молодёжь в возрасте от 16 до 22 лет».

Тогда, кстати, к сходу притулились нацики из ДПНИ, добивавшиеся обострения ситуации.

Проанализировав случаи возникновения межэтнических конфликтов в России мы увидим, что во всех случаях власть могла что-то предпринять, но предпочла сидеть сложа руки, пока волнения не улягутся сами собой, — увы, вещи имеют тенденцию двигаться от плохого к худшему.

Вспомним Удомлю, 2011 год, там власти чухнулись только тогда, когда в город уже ехали автобусы с наци-десантом, а протестующие начали требовать отставок во власти. Вспомним Сагру, где менты точно так же делали вид, что все прекрасно, заминали конфликт и отказывались принимать заявления. На защиту местных жителей в этот раз встали байкеры. Вспомним и Якутск. Формально тамошние власти во главе с очень деловитой мэршей, по имени Сардана Авксентьева, выступили на стихийном народном митинге, постаравшись успокоить народ. Однако погромы не прекратились. Выступить на стихийном митинге, когда ситуация дошла до предела, — это хорошо, а вот не допускать появления условий для возникновения конфликтов — еще лучше. Если все дело в чисто межэтнической розни — так это вообще повезло. Потому что, как правило, на крупные беспорядки накладываются протестная обстановка в целом и не лучшее экономическое положение. В Якутске как раз все наличествовало заранее — только спичку поднеси.

Есть и другие проблемы в освещении этих конфликтов. Во-первых, после неистовства эшников в последние годы тема межнациональных конфликтов в России сама по себе стала табуированной. Что вы, что вы! У нас нет такого — исключительно бытовуха! Независимые исследования по этой теме находятся в полунелегальном состоянии, как, например, у нас преследуется независимая статистика по эпидемии ВИЧ. Нет анализа, нет рефлексии, мы даже не в курсе, что творится у нас под боком. Во-вторых, это болезненная тема для любой имперской страны. Потому что приходится признавать собственные ошибки в вопросах интеграции различных национальностей. Пока что цыгане — народ-изгой. Никто не рад соседству с ними. Их дискриминируют экономически и в рамках правового поля, бывает, что цыганских детей даже не берут в школы. Это и толкает их на преступления и занятия наркоторговлей. Получается замкнутый круг. Можно вспомнить, как год назад цыганский табор выперли из-под Красноярска. Причем до этого их точно так же выперли из Хакасии.

Ну и что тогда делать? По сути, вариантов всего два: практический и академический. Практический заключается в том, чтобы свезти в Чемодановку побольше резиновых дубинок и пессимизировать всех, кто хоть чем-то недоволен, хоть местных, хоть цыган. Что касается академического, то мы, ученые чуваки, сходимся во мнении, что нужно вести переговоры с диаспорой через медиаторов, через авторитетных лидеров. Есть много успешных прецедентов применения этого метода. В конце концов, переговоры между двумя культурно чуждыми группами на все готовых для самозащиты людей должны взять на себя чиновники от титульной нации и цыганские бароны с той стороны. Да вот незадача: всего месяц назад скончался такой цыганский барон Владимир Михай, крепкий общественник, а заодно члена ЕдРа. Он долгое время был каким-никаким голосом цыган в Пензе, а там довольно крупная диаспора. Не исключаю, что именно его кончина спровоцировала разброд и шатание. Ну ладно, над смертью мы не властны, но бегство от ответственности местных чинухов — это просто позор. Конфликт будет решен только после того, как дорастет до федерального значения?

Мой коллега Кирилл Кладенец обратил внимание на то, что основная роль власти как раз в том и заключается, чтобы быть медиатором в общественных процессах. А не для того, чтобы собирать нологи и бомбиться в Сирии.

Ну и напоследок, немного истории. Хочу рассказать об одном из самых эпичных проебов советской власти по нацвопросу в хрущевские времена, в 1958 году. Удивительные параллели, как будто ничего не меняется.

«23 августа
Вечером этого дня в посёлке Черноречье — пригороде Грозного, где преимущественно проживали рабочие и служащие Грозненского химического завода, группа чеченцев, среди которых находился один русский парень, занималась распитием спиртных напитков. Во время выпивки между чеченцами и русскими возникла ссора, в ходе которой один из чеченцев, Лулу Мальсагов, ранил ножом в живот своего русского собутыльника — Владимира Коротчева. После этого подвыпившая группа отправилась к Дому культуры, где в тот вечер проходили танцы. Тут у них завязалась ещё одна ссора с двумя молодыми рабочими химического завода — Е. Степашиным и А.Рябовым. А.Рябову удалось убежать от преследователей, а Степашина догнали, избили ногами и нанесли пять ножевых ранений, в результате чего тот умер на месте. Все произошло на глазах у множества свидетелей, которые вызвали милицию. Убийца и его сообщник были задержаны, однако обычное бытовое преступление, наложившись на межнациональную напряжённость, получило широкую огласку и привело к активизации античеченских настроен 24 августа
Слухи об убийстве чеченцами русского парня быстро разнеслись среди рабочих завода и жителей Грозного. Реакция общественности была необычайно бурной, особенно среди молодёжи. Стали раздаваться требования сурово наказать убийц. Власти, однако, никак не отреагировали на ситуацию. Тем временем античеченские настроения в Грозном и его пригородах, спровоцированные убийством Степашина, бездействием властей, вызывающим поведением чеченцев по отношению к русскому населению и общей политико-экономической обстановкой в стране, значительно усилились и приобрели угрожающий характер.

25 августа
Рабочие химического завода обратились к председателю завкома, назначенному руководителем комиссии по организации похорон, созданной решением дирекции завода, с просьбой установить гроб для прощания в заводском клубе, однако власти посчитали это нецелесообразным, опасаясь ещё большего обострения межнациональной напряжённости. Тогда друзья убитого установили гроб в саду перед домом его невесты в посёлке Черноречье.
На территории химического завода и в посёлке были расклеены объявления, в которых людей приглашали принять участие в гражданской панихиде. По указанию властей, объявления срывали, что вызвало ещё большее недовольство.
Прощание с погибшим превратилось в своего рода митинг протеста. У гроба Степашина начались стихийные выступления собравшихся. Говорили о том, что «…чеченцы убивают русских — то одних, то других, не дают нам спокойно жить. Надо написать коллективное письмо, собрать подписи, выделить человека, который отвезет письмо в Москву…» Все выступавшие единодушно требовали принять действенные и незамедлительные меры к прекращению убийств и хулиганства со стороны чеченцев и ингушей, вынуждающих русское население жить в постоянном страхе.

26 августа
Днём в поселок Черноречье прибыл секретарь обкома в сопровождении работников милиции и сотрудников КГБ (к этому времени из Москвы уже прибыли две оперативные группы, которыми руководили генерал-полковник госбезопасности С. С. Бельченко и заместитель министра внутренних дел генерал-полковник С. Н. Перевёрткин. Секретарь обкома запретил проведение траурного митинга перед выносом тела. Тогда собравшиеся (ок. 200 человек) двинулись в Грозный, неся на руках гроб с телом погибшего. Мать Степашина решила похоронить сына на городском кладбище, а дорога к нему проходила как раз через центр города. Организаторы и участники похорон собирались сделать остановку у здания обкома КПСС и провести траурный митинг там.
По пути к собравшимся присоединилось множество случайных людей, в том числе молодёжи. Как вспоминал Бельченко, траурная процессия «постепенно превращалась в античеченскую демонстрацию. Раздавались угрожающие выкрики».
Власти, пытаясь направить траурную процессию в обход центра Грозного, перекрыли улицы, ведущие в центр города, нарядами милиции и автомашинами».

Чуть-чуть пропустим, и вот самая движуха:

«Исаеву одному из первых пришла в голову идея связаться с Москвой по телефону или телеграфу и потребовать приезда представителей ЦК. Кажется, к словам Исаева толпа отнеслась благосклонно. Но когда речь зашла о забастовке, многие испугались: «не стали слушать й даже сбросили с рук». Но на площади уже звучал знакомый нам мотив «неправильных коммунистов», спасение от которых можно найти только в Москве. Оттуда на жителей Грозного должна была снизойти коммунистическая благодать и справедливость, только ЦК и Хрущев могли спасти от «злых чечен». Собственно, и к забастовке Исаев призывал, чтобы привлечь внимание Москвы. Он был против «лжекоммунистов», из-за которых пострадал, которые мешали устроиться на работу, но при этом призывал: «поднимем высоко ленинское знамя».

Ночь с 26 на 27 августа. Штурм обкома. Толпа, собравшаяся на стихийный митинг, поначалу готова была к диалогу с властью и даже к выдвижению осмысленных политических требований. Однако ближе к ночи зеваки и любопытные, то есть более здравомыслящая публика, отправились по домам. А агрессивная и «незаконопослушная» часть толпы откололась от митинга и начала штурм обкомовской твердыни. Привлеченные для усиленной охраны здания работники милиции (70 человек) действовали вяло и, слава Богу, что не стали стрелять в толпу Ворвавшись в здание, бунтовщики «бесчинствовали, открывали служебные кабинеты, искали секретарей обкома». К полуночи милиция и подразделение войск МВД (120 солдат и офицеров) очистили помещение от хулиганов. Но толпа наиболее «отпетых» и подогретых спиртным людей не расходилась. Во втором часу ночи оцепление было снова прорвано, и нападавшие лавиной рванулись в здание. Главной ударной силой была молодежь во главе с известными местными хулиганами — учащимися ремесленного училища. Поснимав с себя поясные ремни и взмахивая пряжками, они бессмысленно носились по коридорам и кабинетам, вряд ли отдавая себе отчет в том, зачем они это делают.

Силами милиции и КГБ здание было вновь очищено от хулиганов. К трем часам ночи утомленная толпа разошлась, а «мелкие группы рассеяны». Милиция задержала 20 человек, в основном пьяных, 11 посадили в камеру предварительного заключения. После «выяснения личности» всех отпустили. Милицейское начальство, полагая, что общественный порядок, наконец, восстановлен, успокоилось.

27 августа. Утро на площади. Листовки. С утра в городе появились листовки, обращенные к рабочим. Кажется, властям так и не удалось выяснить, кто во время короткой ночной передышки (с 3 ночи до 8 утра) успел написать и размножить на машинке эти листовки). По имеющимся сведениям, в начале десятого утра плотник одного из строительно-монтажнЫх управлений по дороге из курилки встретил на строительной площадке химического завода неизвестного в возрасте 20 лет, среднего роста, худощавого, одетого в костюм черного цвета. У молодого человека в руках была целая пачка отпечатанных на машинке листовок (около 15 штук). Одну из них он протянул рабочему:

«Листовка.

26 августа 1958 года наши товарищи проносили гроб с трупом убитого чеченцами рабочего мимо Обкома партии. Органы милиций вместо принятия мер к наказанию убийц задержали 50 человек наших рабочих. Так давайте же в 11 часов бросим работу и пойдем к Обкому партии требовать их освобождения». (Слова «задержали наших рабочих» были подчеркнуты чертой на пишущей машинке).

Вручая листовку, неизвестный сказал, что для поездки к обкому специально выделены автомашины — находятся около гаража химического завода. Плотник показал листовку бригадиру и другим рабочим. Призыв попал на подготовленную почву. По указанию бригадира члены бригады бросили работу и вместе с другими рабочими химического завода поехали в центр города — на митинг.

Это один из самых непонятных эпизодов в истории грозненских волнений. Что это были за машины, уже стоявшие наготове? Кто и когда сумел организовать коллективную поездку рабочих на митинг? И можно ли подозревать авторами грамотно написанной листовки, да еще отпечатанной на пишущей машинке, хулиганов, громивших ночью обком и бессмысленно метавшихся по зданию, размахивая ремнями. Предположение (не предположение даже, а, скорее, догадка), которое первым приходит в голову, шокирует. Не попытался ли кто-то из местных «начальников» или работников «органов» использовать беспорядки для провокационной цели — подтолкнуть ЦК КПСС к силовому решению чеченской проблемы, возрождению репрессив’-ного духа сталинского времени?»

И да, любопытствующим предоставляется уникальный шанс удостовериться в том, забороли власти нациков или нет. Достаточно просто посмотреть, приедут ли их представители (под тем или иным видом) на сегодняшний сход.

Риалина
Риалина Магратова
Раздели боль:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.