Сразу в Вальгаллу

Предположим, собралась я помереть. Ну, померла — дело нехитрое. А теперь, как настоящая skjaldmær, дева щита, я хочу после смерти попасть в Вальгаллу или, на худой конец, в Фолькванг. И поэтому желательно, чтобы мое тело сожгли в ладье на воде. Возможно ли такое в России? Хе-хе, в нашей стране обстряпать свою смерть не легче, чем до нее дожить.

Казалось бы, вот труп, вот костер, на выходе получаем безобидную горстку пепла. Однако, как заведено в нашем государстве, ни одна частная инициатива не может проскользнуть мимо всевидящего надзорного ока. Чтобы разобраться с покойником, придется пройти через такое количество бюрократического безумия, отбашлять такому количеству чиновников и откровенных бандитов, что проще было бы вернуть живого из царства Аида.

Эта сфера жизни регулируется федеральным законом N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле». Давайте сразу выпишем цитаты, которые нам понадобятся.

Во-первых, «Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в «порядке», определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации)». Про землю и огонь понятно, а вот «захоронение в воду», это когда, скажем, матросик на корабле в автономке помрет, и его, чтобы три месяца с трупом без холодильника не чалиться, спихивают за борт. Других вариантов не предусмотрено. Так что, если вы хотели небесное погребение, как в Тибете (скармливание трупа хищным птицам), — обломитесь.

Едем дальше. Формально хоронить труп следует на легальных государственных и муниципальных кладбищах. Напрямую не сказано, что это железобетонная догма, но на практике вашей фантазии разгуляться не дадут. Кладбище должно быть представлено участками земли «отведенными в соответствии с этическими, санитарными и экологическими требованиями». То есть, ваше самопальное капище не должно смущать умы простых людей и не должно нарушать базовые требования по санитарии. Отсюда же запрет: «Не разрешается устройство кладбищ на территориях:
1) первого и второго поясов зоны санитарной охраны источника водоснабжения, минерального источника, первой зоны округа санитарной (горно-санитарной) охраны курорта;
2) с выходами на поверхность закарстованных, сильнотрещиноватых пород и в местах выклинивания водоносных горизонтов;
3) на берегах озер, рек и других открытых водоемов, используемых населением для хозяйственно-бытовых нужд, купания и культурно-оздоровительных целей;
4) со стоянием грунтовых вод более двух метров от поверхности земли при наиболее высоком их стоянии, а также на затапливаемых, подверженных оползням и обвалам, заболоченных». 

Поскольку все реки у нас для чего-то да используются, с ладьей я, скорее всего, пролетела. Хорошо, тогда предположим, что мои родственники и неисчислимые соратники и последователи решат меня просто сжечь. На большом таком очищающем костре. В какой-нибудь глуши, на 300 метров удаленной вообще ото всего. Что тогда?

Если об этом прознает государство, то на следующим день к ним подъедут менты и следаки и начнут дрючить, тыкая в лицо статьей №244 УК РФ, «Надругательство над телами умерших». Разумно предположить, что похороны организованы «группой лиц по предварительному сговору или организованной группой», так что всем участникам светит пятерочка, если брать по максимуму. У нас уже был такой прецедент. В Кировской области язычники провели обряд сожжения своего единоверца. После публикации фоток с похорон в соцсетях, к ребятам подъехали чуваки из прокуратуры и начали шить «глумление». Им кое-как удалось отбиться с помощью нотариально заверенного завещания, в котором умерший клялся, что именно так он бы и хотел покинуть свет. После чего начали шить «нарушение норм», но там уже историю не отследить. Любопытно, что в прокуратуре сами толком не понимали, с какого боку к этому делу можно приебаться. Но очень хотели.

Не забывайте, что граждане, взявшие похороны в свои руки, лишают прикорма огромную толпень паразитов-посредников. Если делать все, «как положено», то есть, как привыкли 99,9% россиян, то на пути к могиле придется знатно отбашлять. Давайте прикинем на вскидку список стервятников. Похоронные агенты, имеющие доступ к базе данных смертей приезжают либо вместе с врачами и ментами, либо иногда даже чуточку быстрее. Был случай, когда агент, опередив скорую, успел к еще живому субъекту и успел согласовать с ним гроб и цветочки. Так вот, эти агенты сразу начинают окучивать родственников, пребывающих в шоке. Если не удастся договориться о полном списке расходов на месте, то хитрый агент начнет тянуть деньги на всякие левые вещи: «Надо водиле дать». Агенты любят давить психологически, типа «Да разве ж можно маму хоронить в муниципальном гробу?! Маму нужно в красивом!». С упертыми любителями прохалявить на бюджетные деньги работают по остаточному принципу в режиме итальянской забастовки, пока они не сломаются.

Труп поступает в морг. Причем, здесь есть определенная специфика. В Москве (и, видимо, в других крупных городах), тело сразу отнимают у родственников и иногда приходится платить, чтобы его забрать. В регионах обратная ситуация, там надо платить, чтобы покойника уже хоть куда-нибудь пристроить. Итак, труп в морге. Башляем за макияж, позу, запах, в случае тяжелого разложения — за бальзамировку разной степени проникновения. Чтобы получить труп, при себе положено иметь гроб, носильщиков, транспорт, документы на тело и подтверждение, что у вас имеется вакантная дырка в земле или печка в крематории. Бывали случаи, когда морги брали труп в заложники, и обещали удерживать его до полного раздувания, если им не загонят бабла отдельно, либо не оплатят услуги по особой таксе. Иногда труп не отдают просто потому, что все они ленивые, косорукие бюрократы. Потом башляем похоронному бюро за то, чтоб включили грустную музыку, нормально провели прощание, не ставили гроб вверх ногами и так далее. Терпимо. А вот дальше труп поступает на кладбище, где начинается лютый беспредел. Как там договариваться с копальщиками, цветочниками, оградчиками — это ваша проблема. Мне известен случай, когда потребовали дать на лапу копателям, чтобы те помянули покойника. Отпевание со всеми богоугодными свечами и кадилами, тоже влетит в копеечку, знаете ли. В рай нищебродам путь закрыт.

В общем, куча мутных личностей, получающих тонны бабла непонятно за что. Разве могла эта сфера не стать нишей для криминалитета? Вон, даже расследование, из-за которого разгорелся весь флэшмоб «Я-жмых-Голунов», посвящено кладбищенской мафии. Оно о том, как силовики, чиновники и бандиты делят бизнес ритуальных услуг и делают все, чтобы выжать из заплаканных граждан побольше денег. А помните, как в Самаре одна тетка выставила гроб с покойным сожителем у здания правительства региона? Потому что она сперва договорилась с одними бандитами, а потом со вторыми, у которых подешевле. Так вот первые бандиты даже не дали вырыть могилу.

К чему я веду? Государство стремится контролировать все стороны жизни человека. Такой простой и естественный процесс, как умирание, превратился в бюрократическую волокиту, эпос канцелярщины. И как обычно рядом окормляется свора посредников. Самостоятельно, без справки, без разрешения, россиянин не способен сделать ничего вообще. Хочешь сам сжечь тело? Глумление над трупом! Хочешь починить дорогу в поселке? Препятствование дорожному движению! Хочешь бесплатно развозить людей до дома? Получи штраф за незаконную предпринимательскую деятельность! Хочешь, ну хотя бы труп собаки с дороги убрать? Ха-ха-ха, хер тебе! Идешь за грибами? Изволь иметь лицензию и маршрутную карту.

Они хотят зарегулировать, замониторить, зарегламентировать вообще все. И дело даже не в коррупции (хотя это важная причина). Они элементарно боятся оставить хоть что-то без вездесущего контроля. Отсюда такая непреодолимая тяга к самозанятым. К вмешательству в частную жизнь. К внедрению норм и правил, формальных и неформальных. Логичных и откровенно иезуитских. Главное, чтобы ни одна низовая инициатива, ни одно самоорганизаванное движение не набрало силу и не показало своим примером, что без постоянного присмотра со стороны власти у людей может не только что-то получаться, но многое будет выходить даже лучше. Это и тотальное недоверие к народу со стороны чинухов, и стремление унизить на каждом шагу, и неизживаемое вахтерство с примесью вертухайства, и широкое пространство для бытовой коррупции, чтобы хоть как-то облегчить и ускорить прохождение самых тривиальных процедур.

Многое нам, свободолюбивым викингам, еще предстоит узнать о жизни в рабстве у этих господ.

Риалина
Риалина Магратова

 

 

 

Раздели боль:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.