О расследовательской журналистике

По долгу службы этой ночью я перетряхнула старые источники информации и добавила немало новых. С акцентом на англоязычную расследовательскую журналистику о России, Сирии и Украине. И что-то меня в процессе сбора ссылок запечалило: как деградировала наша журналистика по сравнению с ними!

Основное различие на структурном уровне. В западной журналистике огромную роль играют исследовательские, мониторинговые и аналитические центры. Львиная доля расследований и большинство разоблаченных мистификаций приходятся на их долю. Это те самые think tanks, которые время от времени пытаются воспроизвести у нас, но в итоге получается или распил, типа пикап-центра Сколково, или профанация, типа «Изборского клуба«.

Многие из западных фондов не скрывают свою аффилированность с политическими партиями (медийщики и социологи) и крупными корпорациями (айтишники и бизнес-аналитики). Однако в этой сфере нет жесткой монополии, поэтому взаимодействие центров и фондов приводит к уменьшению общего количества лжи, ведь они с удовольствием ловят друг друга на малейшем подлоге. Исследовательские центры и журналисты активно сотрудничают с корреспондентами, правозащитниками и активистами на местах. Или ведут непосредственный диалог, или наблюдают за их аккаунтами и отбирают ценную информацию, поступающую в свободный доступ.

В итоге исследовательский центр публикует расследование, которое по своим каналам подхватывают многие СМИ. Все это идет с очень высоким уровнем визуализации, добротным текстом и кучей доказательств, со ссылками на пруфы. Это выглядит обстоятельно и неоспоримо. С той стороны информационной войной занимаются ученые, медиа-эксперты и безопасники IT-компаний, с хорошим уровнем экспертизы по соцсетям и хакерским атакам. При всем желании — это не журналистский уровень, это другая компетенция, другой кругозор и другой выверт мозгов.

А что у нас? Начнем с официальных структур. Вышеупомянутый «Изборский клуб», который без устали пишет про укробандеровцев, а иногда с подачи Глазьева вбрасывает какую-нибудь междоусобную критику в адрес ЦБ и Набиуллиной? РИСИ, который сперва возглавлял старый ГБшник Решетников, а после полного провала, даже по меркам Кремля, его сменил чуть более интеллигентный Фрадков? Кургиняновская «Суть времени» с ее креатурами? А может, есть непредвзятые социологические фонды? ФОМ — это просто еще одно щупальце власти, ВЦИОМ — чуть лучше, но все равно не то, Левада — почти сносно, но ярлык инагента, во-первых, не дает особо развернуться, а во-вторых означает информационную блокаду.

У нас много неплохих фондов было, которые режим нейтрализовал, вписав их в инагенты. Правозащитники, экологи и антивоенные активисты особенно часто получали статус нежелательных. После этого взаимодействие организации и российских СМИ стремится к нулю. Их просто выключают из инфополя. Я как журналистка высоко ценю деятельность таких организаций, как «Мемориал«, «Голос«, «Агора«, «Сова» и многих других. У Старикова, помешанного на самозащите от деструктивной информации, был относительно подробный список инагентов, хотя и устаревший. Можете воспринимать как руководство к действию, тем более, что часть из них до сих пор нормально функционируют.

Из провластных источников могу посоветовать материалы фонда «Петербургская политика«. Какое-то представление о том, что творится в медиасфере также можно получить благодаря отчетам «Медиалогии«. Ну и сервис «Медиаметрика» нередко позволяет засечь инфоповод даже раньше «Лайфа» или «Мэша». А значит, вы успеете собрать инфу до того, как ее начнут извращать и умалчивать федералы.

Отдельно упомянем ФБК Навального. То, чем они занимаются, в целом мог бы повторить любой здравомыслящий человек без специальной подготовки. Особенно журналист. Для этого достаточно немного поковыряться в открытых документах, декларациях и реестровых выписках (так появилось расследование о недвижимости Медведева, статьи о зарубежных виллах депутатов, по тому же принципу региональные журналисты часто обнаруживают картельные сговоры и иные махинации на госторгах, раньше самой ФАС) или изучить аккаунты явно ангажированных с Кремлем персонажей (так, собственно, возникло расследование о Рыбке, Приходько  и Дерипаске). Ну и чего? Роскомнадзор надел латексный костюм, побежал запрещать и доминировать. Хоть одно расследование, вышедшее не из стен ФСБ или СК, к чему-либо привело? Результат минимален, особенно когда дело касается важных чиновников и резонансных дел, а по шапке получают сами расследователи. Офигительно.

Из-за зачистки экспертного поля в отечественной журналистике появились странные гибриды. Толковые журналисты вынуждены брать на себя эти функции. У «Новой газеты» и «Инсайдера» это получается. «Новая» даже регулярно участвует в международных журналистских расследованиях. После публикаций о «Синих китах» и некоторых материалов по кавказскому региону, я воспринимаю их скептично, но «лопай, что дают». К сожалению, число журналистов-универсалов ограничено (не всем хватает ума, таланта и любопытства), а выгорание наступает быстро. У федералов и иновещательных СМИ, типа RT и «Спутника», в редакциях которых годами шел отрицательный отбор, разумеется, выходит только лажа. Особенно, если они действуют в связке с теми же РИСИ или пригожинскими троллями, в чью задачу входит фабрикация фактов и создание идеологически верной интерпретации реальности, а не установление истины. Поэтому вместо вменяемой пропаганды они выдают массовую дезу, стараясь взять числом и натиском, а все остальное тупо замалчивают, поскольку неугодную информацию они уже даже не в состоянии обыграть.

Одними переводами зарубежных материалов можно сколотить себе репутацию профи. Повальная незаинтересованность в информационных потоках внешнего мира (в том числе среди журналистов) сыграла с нами злую шутку. Первая причина — очень ограниченное знание иностранных языков. Сами поглядите, какие истерики начинаются на торрент-трекерах, когда там выкладывают игрушку без русификатора, — а ведь это молодежь, которая вроде как учила английский в школе. Безъязыкие сограждане вынуждены пользоваться услугами сервиса «ИноСМИ» от «РИА Новостей» (что само по себе не предвещает ничего хорошего), отбирающего самые нелепые, упоротые и русофобские (или же русофильские) материалы, что решительно искажает реальное медиаполе других стран. За ними водится переводить блоги политических психопатов, малотиражную и предельно ангажированную партийную прессу партий-аутсайдеров, выдавая их за нечто мейнстримовое.

Даже если снять проблему изучения иностранных языков, возникнет новый барьер — недоверие. Нашим гражданам на подкорке паяльником выжжено, что зарубежная пресса — рассадник врагов, врунов и мистификаторов. Положим, враги они не мне, а путинскому режиму. Между лично мной и, скажем, Bellingcat, CIT или DFRLab войны нет и не должно быть.

Чтобы стать чем-то большим, нежели пропагандистским рупором на подсосе у Кремля, отечественным медиа придется пережить ряд преобразований и структурных реформ. Я не знаю, как это сделать на базе имеющихся мощностей (большая часть СМИ, включая регионалки, без дотаций в принципе нежизнеспособны), проще разогнать всех и с нуля создать нормальную, конкурентную среду. И, конечно же, перестать загонять экспертов и фонды, собирающие альтернативные статистические данные, в петушиный уголок для инагентов.

Риалина
Риалина Магратова

Раздели боль:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.