Русский империализм

В XX веке потерпели крушение крупнейшие колониальные державы. Это Британия, которой пришлось отпустить ЮАР, Индию и значительно ослабить контроль над Содружеством наций. Франция потеряла Алжир и Индокитай. СССР, не взирая на антиимпериалистскую риторику (а под империализмом, друзья мои школьники, подразумевалась в первую очередь Британия со своими сателлитами, а не США и Германия тех времен), тоже был колониальным государством. Наши колониии и департаменты никогда не были заморскими, они, по преимуществу, были соединены с метрополией по суше. Процесс колонизации начался со времен завоевательных войн Ивана Грозного и достиг пика в советские годы.

В конце XVI века Ермак со своим отрядом перешел через уральские горы, оказавшись в землях, которые контролировали разрозненные князьки сибирских татар. Первопроходцам удалось разбить несколько крупных армий благодаря применению огнестрельного оружия, а потом разграбить несколько городов, собрав богатую добычу. Соотношение войск иногда бывало 1:15 в пользу татар, так что про поход Ермака можно было бы снять что-нибудь, не сильно уступающее в эпичности, например, фильму «Агирре, гнев Божий«. Ермак проторил и подготовил почву для прихода более организованных и спонсированных государством экспедиций, которые прибыли для того, чтобы водрузить над этими землями русский стяг и построить первый «правительственный острог«. Ох, люблю я это слово.

Казалось бы, 500 лет назад это было. Еще до Романовых. В какие-то доисторические времена. Однако в 2016 году мэрия Омска хотела установить в городе бюст атамана Ермака — с инициативой выступило созданное по указу Путина российское военно-историческое общество. Что же случилось: представители татарской культурной автономии высказались против установки памятника:

«Совет татарской национальной культурной автономии заявляет, что сибирские татары выступают против установки данного памятника, так как это оскорбляет национальные чувства представителей коренного населения Сибири — сибирских татар. Призываем вас не бередить раны народной памяти и создавать мемориалы, не изображающие „героев“ и „антигероев“, призывающие к взаимопониманию и уважению, что нам, гражданам России разных национальностей, так нужно»

Фаузия Байрамова, татарская националистка из Казани, а заодно писательница, кандидат исторических наук и глава партии «Иттифак» выразилась понятнее и проще:

«И в Тобольске, и по всей России, по крайней мере на юге и севере страны, уже достаточно памятников Ермаку. И правильно, что протестуют! Ермак для сибирских татар — это разбойник, грабитель, напавший на их Родину, никакой он не национальный герой. Для русских он, может, и герой, но для татар — нет. У меня есть статья «Кто он, Ермак?». Я как историк утверждаю: Ермак Сибирь не завоевывал! Он завоевал только одну из столиц Сибирского ханства — город Искер. И то он не сам завоевал, а Кучум-хан ему позволил: последний, чтобы спасти татар, увел оттуда свое войско и оставил Ермака, где впоследствии на протяжении двух лет морил его и его войско голодом. А через два года Ермак попытался сбежать оттуда. За те короткие годы Ермак совершил много жестокостей и против русских воевод и попов, и против татар. Обокрал, убивал, насильно крестил жителей татарских деревень. Он и по отношению к своим, к русским, был так же жесток. Он их не уберег, довел их до такого состояния. Варвару Ермаку никакого памятника быть не должно! Русские и сами должны это осознать. Ермак для сибирских татар — это то же самое, что Иван Грозный для казанских. Татарстан, конечно же, должен высказать свою точку зрения, мы же один народ! Если в центре Казани захотят ставить памятник Ивану Грозному, мы бы тоже высказали свое мнение — выступили против. А у сибирских татар сил меньше, у них нет историков, которые могли бы их защитить. Историю им пишут русские историки, а для них Ермак — герой».

Если вы думаете, что наши отношения с аборигенами как-то отличались от того, что европейские колонизаторы вытворяли с индейцами, то вас ждет глубокое разочарование. С немногочисленными и слабыми малыми народами обходились без сантиментов. Мы тоже подсаживали местное население на бусы и спиртягу. Как и британцы, мы оправляли в свои колонии заключенных. Сергей Яковлевич Елпатьевский, писатель, народоволец, сосланный в Сибирь, был одним из таких государственных преступников. Он оставил нам хорошее описание того, как была устроена неравная торговля с местными племенами в тексте «Окоянный город«:

«Он торгует и призывает на помощь всю хитрость, на которую способна его нехитрая голова. Он идет не к тому покупателю, которому остался должен в прошлом году, а идет к другому, которому давно не продавал и который, как надеется остяк, наверное, уж забыл о долге, когда-то оставшемся за ним, остяком. У него в руках плохие соболи, песцы и лисицы, — он хочет спустить сначала товар поплоше. Голубых песцов и черного, как ночь, соболя, и черно-бурую лисицу, за которой он гонялся несколько недель по тундре, остяк обернул вокруг тела, чтобы продать последними. Кроме этого, в тайниках души он мечтает, что, когда он выпьет, — а он знает, что выпьет, — он забудет про эти так глубоко спрятанные шкуры и, вызнавши цены, возьмет, какую захочет. Протягивается палец остяцкой руки, означающий рубль, палец перекрещивается пополам другим пальцем, что означает полтинник, отмечается четверть пальца — четверть рубля. Остяк справляется со своим календарем, — его записною книжкой, — висящим у его пояса продолговатым куском мамонтовой кости, на котором целая система зарубок означает для остяка дни и месяцы, и года, и чуть ли не века. Назначаются сроки доставки, устанавливаются цены на соболя и лисицу, на рыбу и мамонтовую кость.

О, он хитрый остяк и тонко ведет свое дело! Но торговля идет так медленно, а бочонки дразнят его, и запах хлебного масла, наполняющий пароходную каюту-лавку, раздражает его ноздри и царапает горло.

— Козяин, — говорит остяк, указывая на бочонок с хлебным маслом. — Козяин! — твердит он, объясняя, что нужно поднести и жене, и детям.

Хозяин подносит и ему, и жене, и детям, начиная от грудного ребенка, и еще раз, и еще, и от такой ласки остяцкое сердце размягчается все более и более.

— Козяин!.. — молит он.

Как богач, как царь тундры, раздает он свои богатства, вынимаются обернутые вокруг тела соболи и лисицы, о которых, как и о старом долге, вспоминает хозяин прежде его самого, продается рыба, предназначенная другому хозяину в уплату прошлогоднего долга, продается и та рыба, что должна попасть в его невод в следующем году, и те соболи и песцы, которые беззаботно бегают в тундре и тайге, и та мамонтова кость, которую отмоет от берега будущий разлив. Продавать больше нечего. Что за дело, что остяк остается должен двум хозяевам и никогда не будет в состоянии расплатиться с ними, — его сердце и душа полны радостью жизни, и в руках у него мешок муки и плитка чаю, и железный котелок, и у жены бусы и бисер, и лоскутки красной, желтой и синей материи, которыми она обошьет и унижет его и свою доху.

И они выходят на берег и пляшут, взявшись за руки и мерно раскачиваясь в такт песни и шумящего в голове хлебного масла. И поют они такую же долгую и такую же смутную песню без слов, как тот ветер, что день и ночь носится по тундре, шевеля мох и раскачивая тощие и чахлые, как остяцкие тела, кустарники тундры«.

Следующий ключевой этап русской колонизации — присоединение Чукотки. Контакт с чукчами наши предки установили еще в середине XVII века. Примерно в те же годы был заложен Якутск. И были там хорошие туземцы, платившие ясак (дань, налог), — коряки и юкагиры, а были отмороженные, которые не только не платили, но и грабили всех вокруг. Это чукчи. Те самые чукчи, над которыми мы смеемся в анекдотах, в те времена наводили страх на всю округу и были самыми крутыми охотниками и воинами, регулярно терроризирующими соседей. Эдакие ирокезы. В какой-то момент юкагиры попросили русское воинство сделать уже что-то с чукчами, поскольку дальше так жить нельзя. И наши засуетились.

Первым был поход Алексея Чудинова. Возглавив совместный отряд казаков и туземцев, он отправился требовать с чукчей ясак. Был послан. В ответ пожег несколько стоянок, убил немало народу. Чукчи несколько раз пытались атаковать, но сказывалась разница в вооружении. В конце концов чукчам удалось собрать огромный отряд и просто числом вытеснить чудиновское воинство в Анадырск.

После этой неудачи Российская Империя решила припугнуть чукчей здоровенным рифленым пряником. В 1711 году из Анадырска к чукчам был послан казак Петр Попов с двумя помощниками для приведения в подданство «уговором и ласкою«. Целый год ходили они от стойбища к стойбищу, уговаривая платить ясак. Заодно Попов подсчитал общее количество боеспособных чукчей – 2050 «лучников«. Чукчи выражали готовность торговать, но ясак платить отказывались. Интересно отметить, что Попов с товарищами ни разу не подверглись нападению и благополучно вернулись домой.

В 1727 году дело покорения Чукотки берёт в свои руки Сенат. На сцену выходят два персонажа: капитан Тобольского драгунского полка Дмитрий Павлуцкий и якутский казачий голова Афанасий Шестаков. Формально их послали повторить мирный поход Попова, но события сразу начали развиваться не по плану. Павлуцкий и Шестаков рассорились и пошли на чукчей войной каждый со своим отрядом. И если Шестаков быстро и довольно бездарно слился и погиб, то Павлуцкий, хоть и был убит в итоге, но все же сумел вписать себя в эпические сказания чукчей.

В чукотских сказках и преданиях Павлуцкий запечатлен как безжалостный воин, желающий истребить всех чукчей. Они даже дали ему прозвище «Якунин» (Jakуннiн), что значит «худоубивающий». Якуниным даже детей пугали, как Бабайкой. Вот зачин одной из сказок:

«Пришел Якунин, железом одетый, худо убивающий, Якунин, огнивный таньг, стал истреблять народ. У него приемыш, взращенный из кочевых людей, приносящий пищу, проворный, быстроногий, на бегу догоняющий дикого оленя; убивает ножом, вываливает меняло, хватает за заднюю ногу, вскидывает вверх, прямо так уносит домой. Худо убивающий Якунин истребляет людей, собрал шапок целые возы, шапки убитых двадцать возов отправил к Солнечному Владыке. Говорит: «Больше нет, всех истребил!» Говорит Солнечный Владыка: «Еще в траве много скрывается птичек!» — «Докончу! Пусть принесут большое ружье, унесу с собой!» — «Однако нет! Убьют тебя!» — «Могу!» Взял ружье, большое ружье (пушку), унес с собой, ходит, ищет жителей, истребляет».

А вот другой фольклорный сюжет:

«Когда воевали таньги с чукчами, люди бежали из внутренней страны к морю, но таньги следовали сзади и истребляли не успевающих. Когда ловили, худо убивали: мужчин разрубали топором между ног, вниз головой; женщин раскалывали, как рыбу для сушения. Убежали оленные на край земли, поместились под утес, под круглыми скалами построили в ущелье крепость. Но пришли таньги и взобрались на горы и, скатывая сверху камни, изломали укрепление и истребили людей. На земле Нэтэн за мысом Пээк поставили под утесом, нависавшим над берегом, другую крепость. Сверху нельзя скатить туда камни. Таньги взошли на утес. Ничего не могут сделать, ибо перелетают камни их через границу жительства. Стали обходить, ища проход, впереди идет в железном панцире Якунин. У входа в узкое ущелье стоит чукотский парень Еыргын с луком в руках и пьет из деревянной чаши воду. «Пей хорошенько, — говорит Якунин, — больше ты не будешь пить на этой земле!» Схватил Якунин копье, стал размахивать, прыгает вверх, как вершина дерева, и машет копьем. Парень снял со стены небольшой лук, наложил небольшую стрелу из китового уса. Лицо Якунина покрыто железом, только две дыры вместо глаз. Тот выстрелил. Пока прыгает, попал ему прямо в глаз. Упал на землю Якунин; побежал и схватил его: «Ты, худо убивательный! У нас нет топоров, но, по крайней мере, иначе умертвим тебя!» Развели огонь, жарят его у огня, хорошо изжаренное мясо срезывали ломтиками и жарят снова. Умер. Таньги, испугавшись, бежали, но их настигли и истребили».

Кончилось тем, что кое-как Москве удалось усмирить чукчей. Впрочем, во все времена Империи Чукотка обозначалась как «не вполне покоренная» территория, а чукчи обладали если не автономией, то значительной свободой в выплате ясака. Окончательно интегрировать их удалось только молодому СССР.

Ныне модно упоминать в каждом материале Крым. Так мы тоже это умеем. В 1783 году там разгорелось Ногайское восстание. С чего все началось? После Русско-турецкой войны (1768—1774) был заключен Кючук-Кайнарджийский мир. По его итогам:

1. Крым и сопредельные татарские области признавались независимыми.
2. Россия присоединила к своим владениям крепости Азов, Керчь, Еникале и Кинбурн с землями между Днепром и Бугом; а также Большую и Малую Кабарду (современная республика Кабардино-Балкария).
3. Русские торговые суда получили право беспрепятственно плавать по Черному морю и проходить через Черноморские проливы.
4. Молдова и Валахия перешли под протекторат Российской империи.
5. Россия получила право построить церковь в Константинополе и делать представления в пользу этой церкви и ее служителей, Порта (правительство Османской империи) же обязывалась предоставить «твердую защиту христианскому закону и церквам оного».

Но, что такое Россия, признающая чью-то независимость? На место правителя региона был назначен Крымский хан Шагин-Гирей, который пытался провести в государстве реформы и реорганизовать управление в Крымском ханстве по российскому образцу (чтобы потом было легче пристегнуть их к Империи). От такого подхода в шоке были не только мусульманское духовенство, но и родные братья хана. В июле 1781 года крымские мурзы отправили свою делегацию в Санкт-Петербург с многочисленными жалобами на жестокость, притеснения и несправедливость со стороны Шахина. Но, что крымским татарам притеснения, то для Екатерины подготовка территории к аншлюзу.

В 1782 году крымские военачальники при поддержке населения свергли Шагин-Гирея, чем тут же воспользовалась Екатерина. Мятеж был подавлен, а изгнанный хан отрекся от власти в пользу российской монархии. В 1783 Императрица одновременно направила своего любимчика Суворова на подавление возможных недовольств и поручила другому любимчику Потемкину подготовить план департации кубанских ногайцев в ебеня за Урал. При попытке оказать сопротивление насильному переселению восстание было жестоко подавлено Суворовым. В итоге большинство оставшихся в живых ногайцев этапировали на Каспийское побережье, а Крым до поры до времени стал российским. Некоторые даже считают, что можно утверждать о факте геноцида ногайского народа.

Не будем затягивать повествование, скажем лишь, что похожая судьба постигла черкесов, долго колонизации сопротивлялись башкиры и сумели выбить себе неплохие права, коренные народы Аляски так и не покорились России, ну и постоянный бардак на Кавказе тоже из виду упускать нельзя.

Отдельно следует рассказать про попытку колонизации Балкан. Просто год назад был громкий скандал. Патриарх Кирилл разговелся по поводу того, что президент Болгарии Румен Радев выразил признательность за национальное освобождение от турков не единой русской армии, а разным народам, ее составляющим – румынам, украинцам, белорусам, финнам, полякам, латышам и другим:

«Россия не посмотрела на Европу. Движимая своей любовью, ослабленная и не имеющая никакой политической поддержки в мире, начала борьбу. Это великий пример того, как духовная, культурная солидарность превозмогает политический прагматизм. Я рад, что могу вам это сказать. Не Польша, не Литва– Россия! Мне трудно было слышать все эти ссылки на участие других стран в освобождении. Ни польский, ни литовский сеймы не принимали участие в решении о начале войны с Османской империей. Надеюсь, СМИ нас слышат и передадут мое разочарование неправильной интерпретацией».

А наши придворные журналисты, включая фашистскую газетенку КП, радостно подхватили и многократно усилили гундяевский гундеж. Неожиданно Патриарх напоролся на острую ответную реакцию. Вице-премьер Болгарии Валерий Симеонов заявил:

«Этот человек не спустился с небес, не вышел из Рая и не является посланником Иисуса Христа. Он известен как сигаретный митрополит России. С 1996 года он ввез на 14 млрд. долларов безакцизных сигарет. На 14 млрд. долларов этот хитрец ввез безакцизных сигарет и на 4 млрд. долларов вина для нужд церкви. У него есть и частный самолет. Его часы стоят 30 тыс. Кто он? Это не восточноевропейский духовник. Это агент «Михайлов», второразрядный агент советского КГБ. И этот человек имеет наглость раздавать правосудие. Представьте себе патриарх Неофит (глава Болгарской православной церкви) поедет к Путину и начнет объяснять, кто такие Кирилл и Мефодий. Второразрядный агент советского КГБ будет нам рассказывать, что верно, а что нет. Так не получится».

Посадить бы его за оскорбление верующих, да так не получится.

За что же нас так не любят болгары? За что нас не любят чехи, украинцы, финны, прибалты и все остальные? А все благодаря нашей потрясной колониальной политике. Семен Любош отлично описал, как провалилась политика Александра III на этом направлении:

«Конечно, Россия «облагодетельствовала» Болгарию. Но каково положение человека, который стараниями своего благодетеля освобожден из тюрьмы, а благодетель после этого не только регламентирует каждый его шаг, но и требует от него постоянной благодарности, ежеминутно напоминает ему о своем благодеянии и обижается, как только облагодетельствованный несколько устанет от выражений своей благодарности, или как только облагодетельствованный обнаружит желание пожить своим умом. Таково именно было положение славянских государств, преимущественно же Болгарии, при воцарении Александра III.

Был спровоцирован государственный переворот, и в мае 1881 г., т.е. уже в царствование в России Александра III, конституция была временно упразднена и во главе правления был поставлен русский генерал Эрнрот. Были назначены новые выборы, сопровождавшиеся таким давлением, насилиями и мошенничествами власти, что получилось некоторое консервативное большинство.

Но эта русско-болгарская идиллия продолжалась недолго.

Поссорились из-за «кости», а костью этой оказались болгарские железные дороги.

На постройку дорог претендовали одна компания русская, протежируемая русским правительством, другая болгарская, в которой материально заинтересованы были тузы болгарской консервативной партии, на стороне которых был князь.

Так как железнодорожные вожделения рассорили русскую власть с консерваторами и с князем, то и пришлось русским генералам полюбезничать с либералами. Заставили князя восстановить тырновскую конституцию, стали хозяйничать в стране, точно Болгария была уже русской губернией, и стали в оппозицию к князю. Князь обратился в Петербург с жалобами, прося отозвать неожиданных либералов. Но из Петербурга ответили в том смысле, что мы, мол, сами знаем, надо ли отозвать генералов, а генералы не только сами не ушли, но даже заставили уйти болгарских министров.

Тем временем консерваторы, пред лицом русской опасности, стали искать сближения с либералами. А тут еще образовалась радикальная оппозиция с Каравеловым и Стамбуловым, и кончилось все тем, что русским генералам пришлось-таки убраться.

Александр III ужасно рассердился на Болгарию за ее непослушание и «неблагодарность», и отозвал русских офицеров, личных адъютантов князя. Князь ответил увольнением других русских офицеров из своей свиты.

Когда Восточная Румелия провозгласила свое соединение с Болгарией, Россия, как и предвидели английские дипломаты, скомпрометировала свою политику новою нелепостью.

Русская дипломатия, опираясь на берлинский трактат, резко высказалась против того самого объединения /162/ Болгарии, которое она отстаивала по Сан-Стефанскому договору и которое не состоялось по настояниям, главным образом, Англии и в пику России.

Получилось преглупое и даже препикантное положение.

Россия, принесшая столько жертв в последнюю войну, как и в целом ряде предыдущих войн, униженная на Берлинском конгрессе, теперь отстаивала стеснительные для славян статьи Берлинского трактата и отстаивала права султана во вред славянам, а защитницей славян выступала Англия, а русского ставленника, болгарского князя — поддерживала также и Австрия против России».

После того, как династия Романовых пала, в стране разразилась гражданская война. Красные, воюя с белыми и интервентами, одновременно вели реконкисту, присоединяя и утраченные территории, и совершенно новые.

Обратимся к исследованиям анархиста Михаила Магида:

«Измученная постоянными восстаниями крестьян большевистская власть решила устроить в Башкирии зимой-весной 1921 г. показательный террор. Об этом страшном событии, видимо сопоставимом с наиболее дикими эксцессами гражданской войны, дает представление доклад в ЦК РКП (б) от 29 марта 1921 г наркома военных дел Башкирской АССР Муртазина. Прибыв в Башкирию с польского фронта, Муртазин обнаружил там отсутствие ‘единого командования’ и ‘массу организованных партизанским способом колонизаторских элементов’. Причем многие местные отряды красных карателей состояли ‘исключительно из русских’. Командовали ими некие Руденко и Поленов, пользовавшиеся покровительством центральной власти республики. Действуя под лозунгом ‘Смерть башкирам’ они задались целью искоренить повстанчество. ‘

В районе Уссерганского, Бурзян-Тангауровского и Тамьян-Катайского контонов были расстреляны сотни и тысячи башкир без всякого повода и причины, без предварительного следствия и суда; тюрьмы соседних губерний, как Челябинской, Оренбургской, Уфимской и Верхне-Уральской, переполнены красноармейцами и гражданами Башреспублики, а в Верхне-Уральской тюрьмеприменялись даже расстрелы. В Баймаке в сентябре месяце расстреляны 12 коммунистов-башкир Руденко и Поленовым только за то, что эти красноармейцы по происхождению башкиры: Под видом дизертиров расстреливают не только дизертиров, но и честных граждан — родителей красных башкирских бойцов, труппы расстреляных бросались в шахты, которые переполнены, или же оставались на земле и съедались собаками и дикими зверьми. Если же кто из близких попытался схоронить убитого, то за это расстреливали столько безвинных сколько трупов. Эти кошмарные, кровавые дни которые не видела никакая грозная социальная революция: продолжались около трех месяцев. Со стороны центральной Башвласти своевременно энергичных мер к пресечению в корне сверхчеловеческих преступлений не было принято. Поездка председателя БашЦИКа Мансырова в район этих кровавых событий для народа абсолютно ничего не дала, напротив, действия т. Мансырова, выраженные в благословении Поленова за его ‘хороший и отличный террор’ и в создании ревкома из приверженцев Поленова: создали среди населения тенденцию, что власть Советов не ведет к освобождению угнетенных:, так как Поленовым, как мерой наказания, применялись ужасные для человеческой нравственности и природы способы генерала Тефкелова, помещиков и других наймитов капитала, примененные ими в 1872 г, — вешание башкир на колья плетней за восстание против царизма: ‘    

Еще интереснее складывались события в Средней Азии. Здесь большевики русского происхождения стремились оттеснить от власти представителей местного населения. Коммунист Г. Сафаров отмечал: ‘С первых же дней революции советская власть утвердилась в Туркестане как власть тонкого слоя русских рабочих по линии железной дороги. Ещё и до сих пор здесь широко распространён тот взгляд, что единственным носителем пролетарской диктатуры в Туркестане может быть только русский’. Когда было необходимо, новая власть прибегала к откровенному геноциду, на что местное население отвечало восстаниями под лозунгом джихада. ‘

Мы думали одно время ликвидировать басмачество огнём и мечом, — вспоминал в 1922 г. председатель Совнаркома Туркестана К. Атабаев. — В этих целях более или менее крупные кишлаки, поражённые басмачеством, уничтожались беспощадно, вследствие чего население уходило от советской власти всё дальше и дальше. Не помогла нам и общая оккупация всей Ферганы… Сложилось у командования и красноармейцев мнение, что всё население является басмачами’. ‘

Великорусский воинственный шовинизм и обороняющийся национализм порабощённых масс колонии, проникнутый недоверием к русским вообще, — основная характерная черта туркестанской действительности’, — признавал представитель Наркомата по делам национальностей Бройдо».

Кризис западного колониализма спровоцировали США. В 1941 году была подписана Атлантическая хартия. В обмен на поддержку во Второй Мировой войне Рузвельт потребовал открытого доступа на рынки колониальных стран. Тогда же впервые прозвучал тезис о «Праве наций на выбор своей формы правления, восстановление «суверенных прав и самоуправления тех народов, которые были лишены этого насильственным путём«. Примерно в таком виде он перетек в устав ООН и был использован Россией для аннексии Крыма. Изначально это был документ, подписанный США и Великобританией (альянсом Союзников), но позднее хартию также подписали СССР, Франция и правительства в изгнании оккупированных Рейхом стран. Фактически тогда был сформирован антигитлеровский союз и примерно обозначено послевоенное мироустройство.

После Второй Мировой, когда Британия и Франция стали болезненно расставаться с заморскими департаментами, СССР напротив достиг апогея колониального могущества, подчинив себе Восточную Европу вплоть до ГДР. По старой схеме национальные правительства были заменены коммунистическими марионетками. Даже сейчас обобщенный русский обыватель считает, что все государства бывшего СНГ — это лимитрофы, чья единственная задача состоит в том, чтобы составлять буферную зону между нами и ними. По факту, на сегодняшний день единственным лояльным и зависимым государством осталась только Беларусь, и то с большими оговорками.

Собственно, развал Союза стал первым, но вряд ли последним этапом деколонизации Российской Империи 2.0, существовавшей в XX веке под видом СССР. Как сказал вождь Путин, это событие стало «крупнейшей геополитической катастрофой«, и нашим обществом до сих пор воспринимается с болезненным ресентиментом. Это странное отношение к соседям, как к «братьям», до первой обиды, которое быстро сменяется презрением («пшеки», «хохлы», «чухонцы», «грызуны») и жаждой реванша. Отсюда эйфория по поводу возвращения хотя бы клочка от былых территорий — Крыма.

Эта идеология поддерживается и поощрается на государственном уровне. Достаточно вспомнить скандал, связанный с публикацией, всплывшей на сайте телеканала «Звезда» (читай: «Минобороны») во время визита президента Чехии Милоша Земана. Опубликованный 21 ноября материал так и назывался: «Чехословакия должна быть благодарна СССР за 1968 год: история „пражской весны«. Открываем и читаем замечательные слова:

«Ввод войск в Чехословакию в 1968 году не позволил Западу совершить государственный переворот в Чехословакии по технологии совершения «бархатных» революций и сохранил более чем на 20 лет жизнь в мире и согласии всем народам стран Организации Варшавского договора…

…Но ради правды надо сказать, что русской крови во время войны по вине Чехословакии было пролито не меньше, чем по вине Венгрии и Румынии, армии которых вместе с Германией напали на СССР в 1941 году. Чехословакия с 1938 года и всё время войны поставляла в войска Германии огромное количество оружия, из которого убивали советских солдат и мирных жителей нашей страны…

…Тема Чехословакии обсуждалась СМИ Запада и через несколько лет после 1968 года. Для придания этой теме зловещей окраски они подготовили смертника, как сегодня подготавливают смертников террористы, не пожалели чехословацкого студента Яна Палаха и подожгли его, облитого бензином, в центре Праги, выставив это, как акт самосожжения в знак протеста против ввода войск стран Варшавского договора. Россия всегда будет проигрывать идеологическую борьбу с Западом потому, что в этой борьбе никогда не опустится до уровня США и их сателлитов…

…Чехи должны быть благодарны Советской армии за то, что Судеты остались в составе ЧССР, их государство существует в современных границах, а нация избежала огромного количества человеческих жертв, которые всегда бывают при государственном перевороте».

И это, простите, конец 2017 года. Российские СМИ, типа RT или РИА, любят сюжеты про истерические метания прибалтийских государств, боящихся, что их поглотит «могучая и мирная Россия». Как показывает практика, Россия продолжает вмешиваться в политику и экономику этих стран любыми возможными методами, не брезгуя применять силу. Стратегия Москвы долгое время состояла в том, чтобы отщипнуть кусочек территории с неопределенным правовым статусом, лишив прежнюю страну-владелицу возможности вступить в НАТО по причине неразрешенных территориальных претензий и споров. Приднестровье для Молдовы, Осетия для Грузии, ДНР-ЛНР для Украины.

Этого достаточно чтобы понять причины, по которым бывшие колонии относятся к нам с ненавистью и опаской? Мы сами не замечаем, какой образ России сформирован на Западе. Мы склонны вслед за Захаровой воспринимать происходящее «с иронией» или вслед за опустившимся Лавровым кряхтеть: «Дебилы, бль». Но это позиция, нацеленная на самоизоляцию. Мы не слышим и не понимаем другие страны, мы видим историю только с позиции колонизатора, белого советско-российского человека, несущего в мир библиотеки, больницы и гумпомощь.

Феномен советского империализма вообще очень и очень интересен. Он до сих пор толком не изучен, и существует ряд причин, мешающих пониманию произошедшего. Во-первых, мы не можем корректно сравнивать его с классическим европейским, капиталистическим колониализмом. Если вспомнить, как испанцы эксплуатировали перуанских индейцев на рудниках и поместьях-энкомьендах, — такого действительно не было. Мы эксплуатировали захваченные народы на заводах и в колхозах. Национальный вопрос, подразумевающий наличие титульной нации над всеми остальными, стоял не так остро. Во многом СССР напоминал хваленый американский melting pot, хотя не стоит забывать об акциях вроде насильного переселения целых этносов при Сталине. Союз формально не подавлял исконные культуру и язык на оккупированных территориях. Кроме того, у него было какое-никакое идеологическое обоснование, мол, мы строим коммунизм на всей земле и взыгравшие национализмы отдельных народов не должны нам мешать.

Вспомним Прибалтику. Эстония, Польша и Латвия заключили с СССР пакт о ненападении в 1932 году. Но стоило только Союзу оформить дружбу с нацистской Германией (тот самый пакт Молотова — Риббентропа), в котором имелся маленький секретный вкладыш о разделе Восточной Европы по понятиям (СССР получал Эстонию, Латвию, Финляндию и восток Польши), как тут же все прошлые договоренности потеряли смысл. 17 сентября СССР ввёл войска в Польшу, объявив советско-польский договор о ненападении от 25 июля 1932 года утратившим силу, а прибалты и финны, чтоб не спугнуть их заранее, получили клятвенное уверение, что «в отношениях с ними СССР будет проводить политику нейтралитета«. Что из себя представляет охуенный советский нейтралитет эстонцы узнали уже через две недели. Сперва Союз фактически организовал морскую блокаду их портов, а затем товарищ Молотов дипломатично заявил: «Советскому Союзу требуется расширение системы своей безопасности, для чего ему необходим выход в Балтийское море. Если Вы не пожелаете заключить с нами пакт о взаимопомощи, то нам придется искать для гарантирования своей безопасности другие пути, может быть, более крутые, может быть, более сложные. Прошу Вас, не принуждайте нас применять силу в отношении Эстонии».

Следом за Эстонией к «взаимопомощи» на тех же условиях примкнули Литва и Латвия. Только финны, получив предложение, от которого нельзя отказаться, взяли и отказались, что и стало прологом к русско-финской войне. В 1940 году, абсолютно не стесняясь, СССР на выпущенных картах красил Прибалтику в тот же цвет, что и себя. В том же году Союз заявил, что прибалты плохо выполняют пакт о взаимопомощи, поэтому чтобы «не применять силу«, надо усилить военные группировки на территории Литвы, Латвии и Эстонии, а заодно сменить правительства на более советизированные.

Тут-то и началась депортация населения. «Мемориал» предоставил хороший документ, чтобы можно было понять, как проходила отбраковка нежелательного элемента:

«В соответствии с «Директивой НКВД СССР о выселении социально- чуждого элемента из республик Прибалтики, Западной Украины и Западной Белоруссии и Молдавии» [Цитаты из этого документа приводит Н.Ф.Бугай6.], а также со «Сведениями о количестве учтенного антисоветского и социально-чуждого элемента по НКГБ Литовской, Латвийской и Эстонской СССР»16 и «Планом мероприятий по этапированию, расселению и трудоустройству спецконтингентов, высылаемых из Литовской, Латвийской, Эстонской и Молдавской СССР»17, в 1941 г. выселению подлежали следующие категории лиц (формулировки — из документов):

1) участники контрреволюционных партий и антисоветских националистических организаций;

2) бывшие жандармы, охранники, руководящий состав полиции, тюрем, а также рядовые полицейские и тюремщики при наличии компрометирующих документов;

3) помещики, крупные торговцы, фабриканты и чиновники буржуазных государственных аппаратов;

4) бывшие офицеры и белогвардейцы, в том числе офицеры царской армии и офицеры, служившие в территориальных корпусах Красной Армии (образованных из частей и соединений бывших национальных армий независимых государств Литвы, Латвии и Эстонии после их включения в состав СССР);

5) уголовники;

6) проститутки, зарегистрированные в полиции и продолжающие заниматься прежней деятельностью;

7) члены семей лиц, учтенных по пунктам 1–4;

8) члены семей участников контрреволюционных националистических организаций, главы которых осуждены к высшей мере наказания (ВМН) либо скрываются и перешли на нелегальное положение;

9) бежавшие из бывшей Польши и отказавшиеся принимать советское гражданство;

10) лица, прибывшие из Германии в порядке репатриации, а также немцы, зарегистрированные на выезд и отказывающиеся выехать в Германию.»

Список широкий и, при желании, довольно растяжимый. Доносчикам было, где развернуться. Желающие могут ознакомиться с количеством депортированных и регионами их расселения в этой табличке. В целом в мае-июне 1941 из Прибалтики, Молдовы, Украины и Белоруси были выселены около 88 тыс. человек. В сталинские времена количество партийных руководителей-прибалтов и этнических русских распределялось примерно поровну. Русские, может, не забирали всю власть, но как минимум половину постов старались взять себе. В 1961 году количество латышей в латвийской же компартии равнялось всего 44%.

Экономическое развитие новых территорий определялось через совнархозы и Госплан СССР, подвязанные, как вы понимаете, в первую очередь на Москву. Хитрость советского колониализма в том, что русские действительно строили заводы и больницы. Если европейцы выкачивали из колоний чистое сырье, то Союзу требовалось пространство для расширения программы индустриализации (а индустриализация сама собой порождает урбанизацию). Первым делом на всех аннексированных территориях национализировались производственные мощности любого уровня, а аграрный сектор трансформировался в наросты колхозов. Как утверждает советская же статистика, производственные мощности Прибалтики за двадцать лет выросли более, чем в десять раз. Там добывалось 65% горючего сланца, выпускались 47% всех АТС, 20% от всех вагонов поездов и троллейбусов. Да, СССР индустриализовывал захваченные территории, но кто утверждает, что для их собственного блага? Люди, оставшиеся работать в колхозах, а это почти половина прибалтийского населения, жили в нужде и полуфеодальном состоянии. А растущие производственные мощности требовали внутренней миграции новых работяг, что и обеспечило дальнейшую русификацию региона. Можете заодно порефлексировать над судьбой этнических русских, оставшихся за кордоном после развала СССР.

Кроме того, СССР стал эталоном какой-то совершенно мудацкой и на ходу коллапсирующей логистики: частенько сырье для заводов приходилось перебрасывать с другого конца континента, а потом доставлять туда, обратно, потребительские товары. Весь этот логистический дебилизм был не последней причиной постоянного дефицита. Эта система аукнулась и современной России, когда после развала многие предприятия (причем не только у нас) оказались вырваны из произведственных цепочек. Более-менее сохранился только сектор ВПК, который до сих пор выполняет важнейшую функцию по обеспечению территориального единства РФ за счет экономической зависимости регионов друг от друга — и от планов из Москвы, по-прежнему.

Культурная идентичность также подавлялась. Во-первых, были закрыты большинство церквей, что для Восточной Европы, особенно католической и лютеранской частей, являлось важной частью национального самосознания. Да, русские строили школы и институты, но потом по программам распределения или через Комсомол забирали наиболее талантливых выпускников, обрывая их связи с малой родиной. Все школы, построенные или курируемые Союзом, подразумевали билингвизм в обучении. Да, никто не трогал национальные языки — зато обязательным стало изучение русского. Ступайте пахать в колхозы, на фабрики и отдайте нам на индоктринацию своих детей.

Как я уже сказала, советский колониализм — штука сложная, и было бы правильнее называть его империализмом. Как раз то, против чего Союз на словах боролся. Остается только поразмыслить над империализмом современной России, но тут уже мы сами живые свидетели. Приднестровье, Южная Осетия и Абхазия, Крым, кстати, тоже захваченный вопреки ранее данным гарантиям о территориальной целостности Украины. Плюс непрекращающиеся попытки экономической экспансии через грязные деньги олигархов и культурной через РПЦ и великий, могучий русский язык. Отдельной темой стоило бы сделать африканскую и ближневосточную экспансию.

Почему после этого никто не верит нашим клятвам о доброжелательном нейтралитете? Почему валят помятники отважным советским-воинам освободителям? Почему русский язык выжигают из наших эмигрантов, словно какую-то порчу? Кремлевские попытки сыграть через остатки русифицированного населения в Прибалтике только ухудшили положение несчастных ментальных совков. Зато здесь федеральные СМИ нагнетают истерию о притеснении русских за рубежом. Да, есть такое, — а теперь расскажите, за чьи былые и нынешние преступления их так.

Россия во все времена была агрессивной колониальной державой. Как иначе можно пережить развал СССР и все равно остаться крупнейшей страной в мире? Империалистический менталитет до сих пор не изжит ни в Кремле, ни в головах наших сограждан. А значит, история будет повторяться. Поэтому нужно быть психологически готовыми как к новым захватам, так и к новым потерям. При худшем сценарии Москва потеряет контроль над всем, что правее Перми, Татарстан и Кавказ. При самом имперском — продолжит аннексировать куски бывшего СССР, начав, видимо, с Беларуси, а заодно втягиваться в новые империалистические войны по всему земному шару, будь-то Сирия, Венесуэла или ЦАР. Получается, что к 50-м годам Россия может как сжаться до размеров царства Ивана III, так и прилично прибавить в территориальной жирности. Но точно не останется такой, как прежде. В свободном падении так не бывает. У меня свои прогнозы на этот счет — но пусть и у вас будут свои.

И кто рискнет утверждать, что мы вновь не умоемся кровью? Своей и чужой.

Риалина
Риалина Магратова
Раздели боль:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.